БИБЛИОТЕКА    ЖИВОПИСЬ    ССЫЛКИ    О САЙТЕ




предыдущая главасодержаниеследующая глава

Морские баталии в творчестве Айвазовского

Склонность Айвазовского к маринистической живописи была отмечена еще в годы его обучения в Академии художеств. Поэтому командование военно-морского флота приглашало его на корабли во время маневров, морских путешествий и даже боевых действий. В 1839 году Н. Н. Раевский, начальник обороны кавказской береговой линии, взял его на свой корабль, участвовавший в морских десантных операциях. Три раза ходил Айвазовский с войсками на берег.

Во время боевой операции в долине реки Субаш Айвазовский познакомился с декабристами М. М. Нарышкиным, А. И. Одоевским и Н. И. Лорером, разжалованными в солдаты. (Позднее Айвазовский бывал в семье Лорера; в ее семейном памятном альбоме имеются рисунки, сделанные художником в Италии.)

Во время плавания у берегов Кавказа Айвазовский впервые встретился с адмиралом М. П. Лазаревым и будущими выдающимися флотоводцами - В. А. Корниловым, П. С. Нахимовым и А. И. Панфиловым, славные боевые подвиги которых позднее он неоднократно изображал, став для них близким человеком.

По окончании Академии художеств при возвращении в 1844 году Айвазовского из заграничной командировки ему наряду с другими наградами было присвоено почетное звание "живописца Главного морского штаба" с правом ношения адмиралтейского мундира. В те годы это было не столько наградой за сравнительно небольшие заслуги Айвазовского в изображении боевой славы русского флота, сколько поощрением его таланта на этом пути.

Во время Крымской войны 1853-1856 годов Айвазовский несколько раз приезжал в Севастополь. Первый раз он был там в 1853 году, вскоре после Синопской битвы. Со свойственной его натуре отзывчивостью он сейчас же задумал написать картины, которые дали бы возможность русскому обществу стать свидетелями подвига русских моряков, проявивших необыкновенное мужество под командованием адмирала Нахимова. С живым интересом Айвазовский расспрашивал участников боя о всех обстоятельствах, сопутствовавших ему, стремясь к тому, чтобы его произведения правдиво отразили обстановку боя. Айвазовский написал две картины: "Синопский бой днем" и "Синопский бой ночью" (1853, Военно-морской музей, Ленинград). Эти полотна вместе с другими, изображающими первое в истории сражение двух военных пароходов - русского "Владимир" с турецким "Первас-Бахри", он сам повез в Севастополь. Мичман Иванов, участник Синопского сражения, свидетельствует, что "адмирал Нахимов осмотрел выставку, остался ею доволен, отметив, что картина ["Синопский бой днем"] чрезвычайно верно сделана"*.

* (Мичман Иванов был флаг-офицером при адмирале Панфилове. Погиб при выполнении боевого задания. Письма хранятся у его родных в Севастополе. Цитированное письмо датировано 1 июня 1854 года.)

По поводу картин Айвазовского, относящихся к Крымской войне, в журнале "Пантеон" была высказана очень знаменательная мысль: "Нельзя не чувствовать глубокой признательности к таланту, который не забывает увековечить все, что только может иметь впоследствии интерес для будущего поколения, потому что люди умирают и в памяти народной остаются лишь их дела и имена"*. Это была высокая похвала и признание исторического значения искусства Айвазовского.

* ("Пантеон", 1856, кн. 1, стр. 21.)

В дальнейшем Айвазовский написал много батальных картин. Изображение героических подвигов русского народа вполне отвечало искреннему патриотизму художника, повышенной эмоциональности его творчества и романтической направленности его искусства. На протяжении всей жизни он обращался в своем творчестве к сюжетам, прославляющим подвиги моряков.

Но не только эпизоды из русской истории волновали Айвазовского и вдохновляли на создание батальных картин. Он живо откликался своим искусством на многие события, сопутствующие освободительной борьбе народов в Италии, Греции, на Балканах.

Всякого, кто попытается представить себе творчество выдающегося "певца морской стихии" И. К. Айвазовского, поразит то обстоятельство, что наряду с изображением ураганов и бурь, наряду с картинами морских катастроф и кораблекрушений, среди поэтических лунных ночей, восходов и закатов солнца вспоминаются многочисленные картины морских баталий. В нашей памяти возникает флагманский корабль адмирала Нахимова "Мария" во время жестокого боя с "самой близкой дистанции" с турецким флотом в Синопской бухте в 1853 году; мы вспоминаем картину "Чесменский бой" (1848, Галерея Айвазовского, Феодосия), на которой изображен подвиг лейтенанта Ильина, взорвавшего свой брандер среди турецких кораблей; мы вспоминаем русский флагман "Азов" в огне и пороховом дыму, громящий вражеские корабли в Наваринской битве, и многие другие баталии русско-турецкой войны, написанные Айвазовским. Он был не только "певцом морской стихии" - его влекли также романтика и пафос морских баталий.

Чесменский бой. 1848. Феодосийская картинная галерея им. И. К. Айвазовского
Чесменский бой. 1848. Феодосийская картинная галерея им. И. К. Айвазовского

Наваринский бой. 1848. Феодосийская картинная галерея им. И. К. Айвазовского
Наваринский бой. 1848. Феодосийская картинная галерея им. И. К. Айвазовского

Любовь к подвигу и героике была заложена в нем с детства. Вспоминая детские годы, Айвазовский писал: "Первые картинки, виденные мною, когда во мне разгоралась первая искра пламенной любви к живописи, были литографии и гравюры, изображающие подвиги героев в исходе двадцатых годов, сражавшихся с турками за освобождение Греции; к первому моему ребяческому лепету примешивались имена [народных героев] - Баболины, Канариса, Миаули и др. ..."*. Борьба небольшого угнетенного греческого народа с сильной в военном отношении Турцией, в корне подавлявшей всякую попытку к сопротивлению, вызывала глубокое сочувствие всего прогрессивно мыслящего человечества. Пушкин писал: "Восстань, о Греция, восстань!" Байрон стоял во главе отряда волонтеров, помогавшего Греции в неравной борьбе. Он умер в Миссолунги в 1824 году. "Какая поэтическая смерть!.. Он предчувствовал, что прах его примет земля, возрождающаяся к свободе... Завидую певцам, которые достойно воспоют его кончину... Греция древняя, Греция наших дней и Байрон мертвый - это океан поэзии"**, - писал Вяземский в те годы.

* ("Русская старина", 1878; т. 21, стр. 649-674; т. 22, стр. 423-444; т. 23, стр. 55-72 и 281-308, а также 1881; т. 31, стр. 411-436. Напечатаны автобиографические воспоминания И. К. Айвазовского, записанные П. П. Каратыгиным, - "Иван Константинович Айвазовский и его XLII-летняя художественная деятельность".)

** (Цит. по книге А. Г. Цейтлина "Творчество Рылеева", Изд-во Академии наук СССР, 1955, стр. 210.)

Воспетый Пушкиным герой 1812 года А. П. Ермолов в 20-х годах был выдвинут на должность главнокомандующего русскими войсками в Греции. К нему обратился Рылеев с призывом: "Ермолов! поспеши спасать сынов Эллады, ты гений северных дружин!"*.

* (См.: В. Г. Базанов, Поэты-декабристы, Изд-во Академии наук СССР, 1950, стр. 31.)

Айвазовский писал о том времени: "Впоследствии я узнал, что сочувствие к грекам, свергавшим турецкое иго, высказывали все поэты Европы: Байрон, Пушкин, Гюго, Ламартин..."*. А когда в 1867 году вновь вспыхнуло восстание на острове Крит, Айвазовский был в числе передовых людей России, выступивших в защиту греческих повстанцев, своим искусством содействуя их освободительной борьбе. В эти годы он был уже прославленным художником и живо откликался на общественно важные события окружающей его жизни.

* ("Русская старина", 1878; т. 21, стр. 649-674; т. 22, стр. 423-444; т. 23, стр. 55-72 и 281-308, а также 1881; т. 31, стр. 411-436. Напечатаны автобиографические воспоминания И. К. Айвазовского, записанные П. П. Каратыгиным, - "Иван Константинович Айвазовский и его XLII-летняя художественная деятельность".)

В 1867 году борьба на острове Крит была особенно ожесточенной. Зная, как развивались события в Греции в начале XIX века, близко общаясь с участниками и военачальниками многих войн с Турцией, Айвазовский стремился воссоздать творческим воображением наиболее важные эпизоды этих войн и написал картины народных восстаний 1825 и 1867 годов. Он изобразил "Приезд Байрона в Грецию" и сообщил Третьякову: "В настоящее время я занят картинами из кондийского восстания. Окончил огромную. Одну, изображающую взрыв монастыря Аркадио на о. Конд (Крит. - Н. Б.), и все ужасы турецкого варварства выставил на этой картине как нельзя сильнее. Еще две картины кондийские, одна изображает, как наш фрегат принимает несчастных треков, а другая (ночью) - как греческий пароход "Известный" высаживает волонтеров на остров..."*. Тема освободительной борьбы греческого народа постоянно волновала Айвазовского. В перечне картин Айвазовского у Н. П. Собко** указаны картины: "Момент сожжения Константином Канарисом посредством брандера турецкого адмиральского корабля у о. Хиос" и "Героиня Баболина с охотниками прорывается под градом выстрелов на катере сквозь турецкий флот, блокировавший Навили в 1827 году" (1880, частное собрание, Ленинград).

* (Письмо Айвазовского от 8 марта 1868 года. Архив Третьяковской галереи, ф. П. М. Третьякова, 1/394.)

** (Н. П. Собко, Словарь русских художников, Спб., 1893, список 1882 года.)

Наиболее значительным произведением этого цикла была картина "На острове Крит" (1867, Галерея Айвазовского, Феодосия). На ней изображена эвакуация мирного населения острова во время посадки греков на русский фрегат. По горной дороге к берегу моря спешат толпы беззащитных женщин, детей и стариков. Часть из них уже разместилась в шлюпках и направляется на русский корабль. На берегу разыгрываются драматические сцены прощания повстанцев со своими семьями; на руках несут обессилевшую, видимо, больную женщину; силой уводят к шлюпке упирающегося старика, не желающего расстаться с родными местами.

На острове Крит. 1867. Феодосийская картинная галерея им. И. К. Айвазовского
На острове Крит. 1867. Феодосийская картинная галерея им. И. К. Айвазовского

Картины, изображающие борьбу греческого народа, были экспонированы первоначально в Одессе, а потом отправлены в Петербург, где были показаны на отдельной выставке в Академии художеств. Все средства, поступившие от выставки (как всегда, очень значительные), Айвазовский передал в помощь греческому населению острова Крит.

До последних дней жизни Айвазовский сохранил в своей памяти яркие страницы справедливой народной борьбы на островах Греческого архипелага.

В 1892 году Айвазовский написал картину "Бой брига "Меркурий" с турецкими судами". Этот бой вызвал не только восхищение наших соотечественников, но и всеобщее признание морального превосходства русских моряков. Один из турецких штурманов, участник этого боя, записал: "Если в великих деяниях древних и наших времен находятся великие подвиги храбрости, то сей поступок должен все помрачить, и имя сего героя достойно быть начертано золотыми буквами на храме славы: оно называется капитан-лейтенант Казарский и бриг "Меркурий"*.

* (См.: Ю. Стволинский, Герои брига "Меркурий", М., "Воениздат", 1963, стр. 75-76.)

Бриг 'Меркурий' после победы над двумя турецкими судами. 1848. Государственный Русский музей
Бриг 'Меркурий' после победы над двумя турецкими судами. 1848. Государственный Русский музей

Бой брига 'Меркурий' с турецкими судами. 1892. Феодосийская картинная галерея им. И. К. Айвазовского
Бой брига 'Меркурий' с турецкими судами. 1892. Феодосийская картинная галерея им. И. К. Айвазовского

Этот эпизод произошел во время войны России с Турцией в 1828-1829 годах, в результате которой, по Адрианопольскому миру, Турция признала политическую независимость Греции, находившейся с 1540 года под турецким владычеством. До этого, в 1848 году, Айвазовский написал другую картину, посвященную этой же войне и бою брига "Меркурий". Картина выставлена сейчас в Русском музее и называется "Бриг "Меркурий" после победы над двумя турецкими судами встречается с русской эскадрой". Несколько часов назад бриг совершил подвиг, одержав победу над двумя громадными турецкими кораблями. С радостью команда увидела вдали спешащую на помощь русскую эскадру. Таков сюжет картины. Живописное разрешение темы найдено Айвазовским очень удачно. Ночь, открытое море. После недавно отшумевшей грозы ярким лунным светом озарены разорванные облака на небе, зыбь на море и весь воздух, омытый прошедшим дождем. На фоне далекого ясного горизонта под всеми парусами идет маленький бриг "Меркурий". Его паруса во многих местах пробиты ядрами, да и реи местами перебиты, а он легко бежит по волнам искрящимися лунными бликами. Вдалеке видны легкие силуэты кораблей Черноморского флота.

Радость победы, торжество от сознания с честью выполненного долга удивительно точно и ярко переданы и композиционным и колористическим решением картины.

Не раз в последние годы жизни Айвазовский возвращался к темам освободительных войн, стремясь своим искусством помочь малым народам в их справедливой борьбе. Знаменательно, что и самая последняя картина "Взрыв корабля" (1900, Галерея Айвазовского, Феодосия), к работе над которой художник приступил в день своей внезапной кончины, изображает эпизод из борьбы греческих повстанцев с Турцией. И в последний день жизни искусство Айвазовского служило благородным, возвышенным и гуманным целям.

Война итальянского народа 40-х годов против иноземных поработителей и внутренней реакции также нашла отражение в работах и переписке Айвазовского. Свои симпатии к народному вождю и герою Гарибальди художник выразил, изобразив его на одной из своих картин. В письме Айвазовский называет его "незабвенным".

Во время академической командировки, работая в Неаполе, Айвазовский встретился и подружился с большим любителем живописи - Векки, ставшим через несколько лет адъютантом Гарибальди. В 1841 году Векки первый поместил в местной газете восторженную статью о творчестве Айвазовского, которая вскоре была опубликована в Одессе и Петербурге*.

* ("Художественная газета", 1841, № 11.)

В 90-х годах прогрессивные круги России были глубоко потрясены беспощадным уничтожением армянского населения в Турции. Айвазовский сейчас же откликнулся на эти события своим искусством. Он был глубоко опечален происходившим не только как передовой человек своего времени, но и как армянин, всегда остро ощущавший кровную связь со своим народом.

Айвазовский любил Россию, признавал себя русским гражданином, русским художником и в то же время питал искреннюю привязанность к своим соплеменникам - армянам. Делясь с В. В. Кривенко впечатлениями о событиях в Турции, Айвазовский сказал: "Стыдно отворачиваться от своей народности, тем более такой маленькой и угнетенной"*. Стремясь возбудить сочувствие к армянскому народу, Айвазовский написал ряд картин и послал их в Москву. Трагизм их содержания был отмечен в одной из статей по поводу выставки этих картин: "Нельзя без содрогания и слез смотреть картину трапезундского избиения армян в 1895 году"**.

* (В. С. Кривенко, Встречи и знакомства с художниками, ЦГАЛИ, ф. 785, оп. 1, ед. хр. 1, лл. 34-51.)

** (М. С. Сарксян, Связи армянского и русского изобразительных искусств в XIX-XX вв., Ереван, 1953.)

Картины на темы освободительной борьбы народов расширили и укрепили популярность имени Айвазовского, оставили добрую память о нем как о человеке большой, отзывчивой души. В них с особой силой отразилась гуманистическая направленность его искусства.

В русской батальной маринистической живописи Айвазовскому принадлежит первое место как по количеству картин, так и по высокому качеству их выполнения.

Батальные сюжеты многих картин Айвазовского повышали интерес к его маринам и к событиям, которым они посвящены, среди самых широких слоев общества, не говоря уже о людях, связанных по своей профессии с морем. Моряки и сегодня любят картины Айвазовского и считают его своим художником, певцом близкой и любимой ими морской стихии.

На торжествах в связи с шестидесятилетием творческой деятельности Айвазовского юбиляру среди многих других был зачитан адрес от морского ведомства, в котором есть такие слова: "...Морское ведомство, которое гордится иметь Вас в своих списках, Флот, который навсегда сохранит в своих преданиях воспоминания о совершенных Вами, в самом начале Вашего продолжительного служения искусству, плаваниях на наших военных кораблях, искренне и горячо приветствуют Вас в этот знаменательный для Вас и для русского искусства день..."*.

* (Адрес хранится в архиве Феодосийской картинной галереи И. К. Айвазовского.)

Те же мысли и чувства мы встречаем в адресах, присланных советскими моряками в Галерею Айвазовского. Вот выписка из одного из них: "Нам, военным морякам, особенно близко и понятно искусство И. К. Айвазовского, как певца морской романтики, которая будит прекрасные душевные качества в советском человеке..."*.

* (Адреса хранятся в архиве Феодосийской картинной галереи И. К. Айвазовского.)

Айвазовский оправдал надежды командования флота. Его батальные картины явились летописью боевых подвигов русского флота и до наших дней не утратили своего значения, так как в них в ярких художественных образах воплощена слава русского флота, служащая вдохновляющим примером для советских моряков.

Корабль 'Мария' во время шторма. 1892. Феодосийская картинная галерея им. И. К. Айвазовского
Корабль 'Мария' во время шторма. 1892. Феодосийская картинная галерея им. И. К. Айвазовского

предыдущая главасодержаниеследующая глава





© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2017
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://i-aivazovsky.ru/ "I-Aivazovsky.ru: Иван Константинович Айвазовский"